Вход

НОВОСТИ

Деньги нужно правильно тратить«- это запись Дмитрия Медведева от 23 июня в его новом блоге в
«Твиттере» (http://twitter.com/KremlinRussia). Но цена модернизации, которая в России только
заявлена, уже пугает. Первые модернизационные ша ги оценены в 800 млрд руб., не считая 240 млрд,
вы деленных Фон ду содействия реформированию ЖКХ, 130 млрд — «Роснано», 28 млрд — Российской
вен чурной компании, 730 млрд руб., отпущенных на 53 федеральные целевые программы.

Конечно, не всегда модернизационные проекты должны окупаться. В КНР в последние пять лет $290 млрд
вложены в строите льство авто- и железных дорог, и не все они задействованы на полную мощность.
Китай сейчас может себе это позволить, но и там на ранних этапах мо дернизации деньги вкладывались
на вполне коммерческих основах. У России таких денег нет (весь наш бюджет-2010 — это четыре года
модер низации инфраструктуры одного лишь Синцьзян-Уйгурского автономного района). По этому
модернизация у нас нуждается в удешевлении, которого не достичь лучшим администрированием средств,
борьбой с коррупцией или сокращением сомнительных расходов. Государство должно стать не спонсором
модернизации, а ее инвестором.

Возьмем энергосбережение. Его потенциал в российской энергетике оценивается в 34-37%, в
промышленности — в 30-33%. В 2006 г. в среднем по РАО ЕЭС на производство 1 кВт ч электроэнергии
тратилось 334 г условного топлива (у. т.), на 1 Гкал тепловой энергии — 144 кг у. т. (в Германии эти
показатели составляли 219 г и 94 кг). Россия — единственная страна Европы, где электрическая и
тепловая энергия в основном производится раздельно, а не на принципе когенерации. Инвестиций же в
развитие нет, с одной стороны, потому, что энергоактивы достались их нынешним собственникам дешево,
с другой — государство попустительствует росту тарифов и повышать эффективность незачем.

Главный потенциал энергосбережения лежит в модернизации предприятий — потребителей газа. В 2009 г.
в России было добыто 582,4 млрд куб. м этого сырья, из которых на экспорт поставлено лишь 28,7%. Из
оставшегося 85% было потреблено электростанциями и предприятиями.

Какую роль могло бы сыграть государство в решении этой проблемы? На мой взгляд, можно учредить фонд
энергетической модернизации, который инвестировал бы средства в замену неэффективного оборудования,
перевод генерации на смешанную схему или совершенствование теплосетей. В обмен на полученное
оборудование и построенные сети предприятия оплачивали бы фонду в течение 5-6 лет 90% счета за
топливо, которое потребляли бы при прежних условиях. Иначе говоря, фонд стал бы посредником в
поставках газа и мазута на модернизированные предприятия, котельные и ТЭЦ. Большую часть
перечисляемых ему средств он выплачивал бы поставщикам топлива, а часть оставлял себе, постепенно
возмещая сделанные траты.

Учитывая, что в ближайшие годы цены на газ на внутреннем рынке будут расти на 12-15% ежегодно,
инвестиции в такие проекты окупятся за 3,5-4,5 года. При этом они вполне подъемные: по 20-25 млрд
руб. на среднего размера город. Нужно предоставить фонду начальный капитал в 200-250 млрд руб. и
право выпускать облигации для привлечения дополнительных средств на рыночных условиях. Руководить им
должны опытные энергетики (а не олигархи или чиновники), они получали бы бонусы из расчета 15-20% от
прибыли фонда, остальная часть которой зачислялась бы в федеральный бюджет на основе закона,
подобного закону о Банке России.

Подобный же принцип может быть распространен и на инфраструктурные проекты. Работая на результат,
государственные фонды могли бы финансировать строитель ство аэропортов и железных дорог, не входящих
в систему Минтранса и РЖД. О какой модернизации мы говорим, если строительство нового терминала
«Внуково» на 10 млн чело век в год обошлось в 65 млрд руб., а 4-й терминал мадридского Баррахаса,
обслуживающий 31,2 млн человек в год, стоил 448 млн евро (19,7 млрд руб.)? Цена строительства под
ключ 400-кило метровой линии TGV Париж — Страсбург — около 3,2 млрд евро (153 млрд руб.), а
инвестпрограмма РЖД на 2010 г. — 270 млрд руб., но никаких новых дорог в ней нет. Нужно привлекать
инвесторов, желающих «отбить», а не «распилить» выделяемые средства, или отдавать объекты в
концессию.

Опыт модернизировавшихся стран показывает: инвестиции в модернизацию на первом ее этапе не могут не
быть рыночными, а сама модернизация не может не приносить экономического эффекта. Нужно менять наше
отношение к модернизации как к инвестициям «в никуда и навсегда». Создавать фонды, которые
относительно быстро возмещали бы вложенные в них средства и приносили бюджету стабильные дивиденды
(в 2009 г. в России доля доходов, полученных от дивидендов компаний с госучастием, составила менее
0,3%, тогда как во Франции — почти 5,5%). И если о модернизации «Газпрома», «Роснефти» и иже с ними
можно забыть, то это значит, что процесс должен идти альтернативным путем — через новые
организационные формы. Нужны пар тнерства не чиновников и олигархов (их и так хватает), а
государства и амбициозных менеджеров и опытных международных компаний. Именно эти новые партнеры
государства и могут стать самыми преданными «агентами модернизации».

России нужна управляемая государством, но эффективная и дешевая модернизация. Потому что, если она
будет слишком дорогой, россияне будут только счастливы услышать, что она закончилась, не начавшись.
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/2010/06/28/238734